Марта Кетро: писатель, блогер, колумнист

Про призвание.

Я была уверена, что мне не нужно специальное занятие в жизни,  у меня маленькая нога и большая грудь, что еще надо? А потом однажды  жизнь начала  рушиться сразу по нескольким направлениям, потребовались перемены.  И одна из перемен была в том, что я стала писать.

Нужно пробовать себя в разных профессиях. До тех пор, пока что-то не щелкнет в голове, пока не почувствуешь удовлетворение, надо всё время искать.

И очень хорошо, если радостное и естественное для тебя занятие приносит деньги. Чувствуешь себя как корова, которая дает молоко, а ей за это платят.

Про литературу.

Мне в пять лет папа перед сном читал «Петр I» Алексея Толстого, «Графиню де Монсоро» и «Поднятую целину». Он это любил, а мне было интересно. До сих пор очень нравится метод Алексея Толстого, когда он передаёт переживания через движение. Петр Первый не «почувствовал», а «заметался из угла в угол», и ты понимаешь, что он в волнении.

Позже одной из любимых книг стал «Театр» Моэма. Не представляю, как можно так прекрасно разбираться женщинах, будучи мужчиной. Из современных авторов очень уважаю Лену Элтанг и Наринэ Абгарян.

Про отношения.

Я чудесно вышла замуж во второй раз. Мы, пять девочек, жили в палатках на Форосе, в заповеднике, и к нам должен был приехать один мужчина, про которого  мне всё время рассказывали всякое, и хорошее, и плохое. Был  вечер, уже садилось солнце, и он появился вдали на кромке поле, а вокруг можжевельник и горы…

И кто-то предложил: «А давайте мы все к нему побежим!» Я была замужем тогда, он в отношениях, но решилось все именно в тот момент, когда мы бежали к нему через поле.

По-моему, для семейной жизни важно чтобы, как минимум, кто-то один любил. Чтобы был хороший секс, без этого я не представляю себе брака. И ощущение свободы. Причем оно может быть совершенно разное: кому-то нужна внутренняя свобода, чтобы в его мир не лезли, кому-то нужно просто гулять в одиночестве несколько часов в день. Хорошо, когда пара подобралась так, чтобы  вариант свободы женщины не мучил мужчину, и наоборот.

Про воспитание.

Меня до сих пор мучит чувство вины, что ребёнку не хватало проявлений моей любви, я не была с ним достаточно ласкова. Думаю, самая большая ошибка, которую делают родители, это когда они начинают ребенка воспитывать. Надо просто жить с ним в любви, как мы живём с другими значимыми людьми, а родители беспокоясь о его будущем, начинают готовить  к трудностям, заранее спасать, закалять, муштровать… И в результате мы ему отравляем тот короткий промежуток беззаботности, который есть только в детстве. 

Когда сыну было лет шестнадцать, я  спросила, какой самый ужасный мой поступок он помнит. Ожидала чего угодно, а он ответил: «Один раз ты мне вылила на голову кетчуп» И я вспомнила: ему было пять, и он ничего не ел, кроме макарон. А меня была такая  материнская паника, что мой ребенок не получает необходимых питательных веществ, витаминов, овощей. И вот когда я третий раз на дню жарила ему на сковороде макароны, особым таким способом, с маслом и кетчупом, а он сидел рядом, я выдавила ему на голову немного кетчупа. Это был необъяснимый жест материнского отчаяния. А для него оказалось настолько нелогичным, что запомнил на всю жизнь.

Когда-то я провела в своем Живом Журнале опрос, у мужчин спрашивала, в чем они обвиняют своих матерей, а у женщин — в чем они считают себя виноватыми по отношению к детям. Женщины написали примерно одно: срывала зло, повышала голос, сильно давила…

А мальчики дали совершенно удивительный ответ. Большинство из них мучит, что матери им врали. До определенного возраста, мать для ребенка, это весь мир, и  когда мир начинает подавать неправильные лживые сигналы, всё рушится. Еще мальчика  не нравилось, когда их вмешивали отношения с бывшими мужьями, манипулировали.

Про Тверь

В вашем городе я впервые, мне показалось, что Тверь — очень русское сочетание города и деревни, когда  рядом почти дворец и простенький деревенский дом. Очень близко от Барышни до Крестьянки, когда обе бегают босиком, но у одной сарафан из тонкого льна, а у другой из грубого полотна.

Наверное, в давние времена так всё и было, богатые не отгораживались от бедных так жёстко, как сейчас. Публика как и везде, нет ощущения «немосковских» людей, такие же кафешки,  очень уютные и продуманные.

Этот город достаточно маленький, чтобы все самые симпатичные и креативные люди знали друг друга, и достаточно большой, чтобы они не закисали в одном котле. То же касается и близости к Москве — достаточно далеко, чтобы сохранять свою атмосферу, и достаточно близко, чтобы не быть провинцией и оставаться в курсе всего нового.

А вообще кому как повезет увидеть город. Мне повезло, благодаря вам, увидеть Тверь радостной, солнечной и талантливой.

У вас  очень красивый вид на Волгу. Постарайтесь чаще смотреть на реку, и  если что-то пошло не так, отвернитесь на время к воде, и все постепенно пройдёт.

С Мартой Кетро гуляла и беседовала Анна Шапоренко. 

Фото — Алексей Ермолов.