ПОЙМАТЬ СОСТОЯНИЕ. ХУДОЖНИК ОЛЕГ ВАСИЛЬЕВ

тверь / художник олег васильев

ПОЙМАТЬ СОСТОЯНИЕ. ХУДОЖНИК ОЛЕГ ВАСИЛЬЕВ

Для тверского художника Олега Васильева эта весна была насыщена событиями. Живопись была представлена на персональной выставке в творческой гостиной Тверского ботанического сада. А в мае из печати вышел поэтический сборник звенигородского поэта Евгения Глушкова  «Остается любить» с графическими иллюстрациями.

07 июня у Олега день рождения, поэтому мы встретились в мастерской художника для разговора о разных состояниях природы и души.

– Какое назначение вашей творческой работы?

– Никакого. Это выплеск энергии просто. Если никакой задачи конкретной не стоит, то в качестве картинки дня можно использовать предметы и окружающие какие-то вещи. Всякий чеснок, или вот орех, обычные предметы, они у меня лежат на столе и всегда перед глазами. Поэтому цель, чтобы была картинка каждый день. Всё просто.

Прекрасные моменты хочется закрепить не просто в памяти, а в рисунке – чтобы с кем-то поделиться. Если ты увидел состояние интересное, только ты его приметил. А ведь есть куча людей, которые прошли мимо, потупив взор. А в это время сирень цветёт.  Или вот сейчас ландыши благоухают, правда в городе уже отцвели, а в лесу еще остались полянки.

Большинство людей не замечают вокруг вообще ничего, кроме себя. Поэтому их надо обучить, помочь, показать, рассказать. Людей надо радовать. А вдруг кто-то не увидел «сливочного» марта», не разглядел этого состояния. А я вот написал картину «Сливочный март».

– Вы часто упоминаете слово «состояние», а что это такое?

– На птичьем языке художников – состояние природы. Нет, не благосостояние, а просто состояние. Это гениально воплощал Левитан. Простота, ясность, даже слезливость, ведь иногда при взгляде на лес или реку возникает внутри трогательный очень момент, неуловимое ностальгическое воспоминание. Левитан как невероятный мастер мог запечатлеть такой миг.

– Вы часто вспоминаете, что в детстве могли часами рисовать. Поэтому маме, чтобы вас занять, достаточно было придвинуть стол и вручить карандаши.

– Как только руки появились у меня, сразу я стал рисовать. Сначала крокозябры, потом животные, пейзажи – это мое любимое и сейчас. Ведь все равно у каждого художника свои пристрастия: у одних цветы, а другому дано портрет написать и раскрыть душу человека.  Наверное, я родился с таким желанием – гармонии и красоты. Ты дополняешь природу, а природа дополняет тебя.

– Какие ваши любимые материалы?

– Цветной карандаш и, наверное, тушь. Хотя я и маслом пишу, и акварелью. Мне даже тут недавно, кстати, подарили карандаш, грифель на несколько разных цвета. Грандиозно, чуть поворачиваешь — и он так себя ведёт неожиданно. А для книги заставки сделаны тушью.

– А птички на обложке разве не карандашом? Они потом лейтмотивом всей книги стали.

– Тоже тушью. Это вообще случайно возникло, забавная история. Хозяйка цветочного магазина заказала мне картинки, чтобы в букеты вставлять такие карточки-комплименты. Она попросила ерунду какую-нибудь. Это такую свободу дало, что я сразу, одним махом, за вечер двадцать пять разных всяких эскизов сделал.  Ей они очень понравились, и для печати я уже где-то усложнял, где-то упрощал. Так вот появились эти птички. Когда Евгений прислал свой экспромт, четыре строчки, мои почеркушки и пригодились. Это такое чудесное совпадение – каждый ловил свое состояние, поэт в стихах, а я в маленьком эскизе. Это же, в принципе, любой человек может нарисовать такое.

 Я надеюсь, что эти стихи,
 Может быть, как малые птицы,
 Для кого-то будут близки
 И помогут в любви возродиться!

Беседовал Константин Тавров